Аналитика

Суровая правда банковского бизнеса

30 Апреля 2015

Суровая правда банковского бизнеса

Председатель правления «Тимер Банка» рассуждает о тенденциях банковского бизнеса в Татарстане и о сложившихся отношениях частных банков с государством и регулятором.

Одним из сильнейших впечатлений апреля для меня стало открытое письмо президента Московской Международной Валютной Ассоциации Алексея Мамонтова в адрес главы ЦБ РФ Эльвиры Набиуллиной. В нем озвучено многое, о чем банкиры предпочитают молчать. Не берусь утверждать, что согласен со всем, что написано в обращении, но открытая позиция Мамонтова вызывает уважение. Его обращение заставляет задуматься о банковском бизнесе, об отношениях частного банкинга с государством и регулятором. Здесь есть и критика механизма таргетирования инфляции и вопросы о целесообразности политики свободного валютного курса и главный вопрос, задаваемый автором: «Стабилен ли сегодня российский финансовый рынок, развивается ли он, как требует этого от ЦБ закон? Выполняет ли нынешняя команда Банка России эту, еще одну, установленную для него функцию?».

По стечению обстоятельств в первой же половине апреля практически синхронно прошли еще два события — заседание Госсовета РФ по вопросам развития малого и среднего бизнеса, и очередной съезд Ассоциации российских банков. Оба мероприятия оказались не лишены содержания, хотя надо признать, не такого емкого, как обращение главы ММВА. На них уже по традиции констатировали непростую экономическую ситуацию и низкую рентабельность бизнеса, по традиции же говорили о послаблениях, необходимости поддержки, а также «длинном» и недорогом финансировании.

Мероприятия прошли, а бизнес, в том числе банковский, так и остался без четкого понимания, как именно и когда, наконец, «содержание наполнит форму».

Может это банальное утверждение, но так было, так есть и так будет: банкинг — это циклический бизнес. Бизнес, у которого есть и подъемы, и спады, как правило, совпадающие с деловым циклом. Вполне логично, что сегодня в сложных экономических условиях на «банковскую улицу» пришли трудные времена- резко растет убыточность и растут все виды рисков.

Банковская система Татарстана, бесспорно, стоит особняком среди региональных банковских систем, но и ей не удалось избежать общероссийских тенденций — рентабельность падает. По итогам 2014 года убыточными оказались почти половина банков республики. Причем убытки продемонстрировали традиционные лидеры отрасли — татарстанские госбанки, входящие в топ-50 банков РФ. Первый квартал «новой реальности» оптимизма также не добавил: зафиксированы убытки у 4 республиканских банков. У отрицательного финансового результата в нынешних непростых условиях есть множество факторов — обесценивание ценных бумаг, рост резервов на возможные потери, переоценка валютных обязательств, снижение маржи и рост стоимости привлечения ресурсов из-за снижения уровня ликвидности. Главная причина — экономика бизнеса пока не изменяется в позитивную сторону. Резонный вопрос — что будет с банковской отраслью дальше?

Условия для развития кредитования сегодня по-прежнему неблагоприятны. Ключевая ставка ЦБ РФ на уровне 14% — еще слишком высока, как и сопутствующие ей риски кредитования. Не удивительно, что две третьих банков Татарстана в 1 квартале 2015 года сократили кредитные портфели (весь кредитный портфель татарстанских банков уменьшился на 13,1 млрд. руб. или 3%), а прирост кредитных портфелей немногих «счастливчиков» был символическим — в среднем они прибавили 2,4%

При этом растет просроченная задолженность по кредитам: в целом за 1 квартал просрочка выросла у двух третей татарстанских банков. В абсолютных цифрах ее прирост составил 1,1 миллиард рублей (с 14,2 млрд рублей на 01.01.2015 до 15,35 млрд рублей на 01.04.2015г.). А в относительных — только за один квартал произошло ее увеличение на 7%.

Сокращение кредитования отражается на активах. По итогам 1 квартала 2015 года в Татарстане прирост активов был, но весьма незначительный: его продемонстрировали лишь 12 участников республиканского рынка. В целом за 1 квартал 2015 года совокупные активы банков Татарстана увеличились всего на 1,0% (882,1 млрд рублей, против 873,6 млрд рублей на 01.01.0215г.).

Нагрузка на капитал возрастает. Привлечение ресурсов дорожает. Определенный оптимизм при этом пока что внушает поведение вкладчиков, которые продолжают подпитывать банки Татарстана ликвидностью – за весь 1 квартал 2015 года совокупный депозитный портфель банков РТ вырос на 12,2 млрд рублей или 5,64% (в основном из-за продолжающейся в январе тенденции массового переоформления вкладов на более выгодные условия).

Удерживать высокие ставки по вкладам, взвинченные в декабре-феврале, банки больше не могут и не хотят – оправдывать их в текущих условиях непросто. Средняя процентная ставка по рублевым вкладам десятки крупнейших банков РФ планомерно снижается с «панических» максимумов, достигнутых в декабре-январе. По состоянию на начало апреля она составила 13,16%. Так что здесь, вероятно, рынок вернется к консервативным ценностям: банковский депозит снова становится одним из наиболее низких по доходности среди прочих финансовых инструментов. Но это и логично, потому что размещение депозита в банке – участнике ССВ, лишено риска (если размер депозита менее 1,4 млн рублей - гарантированная государством сумма возврата).

ПОДДЕРЖИВАЕМ БИЗНЕС ИЛИ ШТОПАЕМ БЮДЖЕТНЫЕ ПРОРЕХИ?

В условиях нарастающей конкуренции банкиры ломают голову, как снизить риски и поддержать рост клиентского портфеля при этом сохранив его качество. Где, в каких продуктах, услугах, нише найти драйв для ведения бизнеса?

Скептики, порой, не без зависти интересуются: «Что вам еще, банкирам надо»? Мол, банкам и так все время помогает государство. Действительно, можно сказать, что банки получили поддержку от государства – триллион рублей на докапитализацию через механизм ОФЗ. Именно эта сумма отложилась в головах обывателей. Но, позвольте, господдержка – это не отношения государства и многочисленных частных банков, ведь получат ее – единицы. Максимум 27 банков из более чем 800 по стране. В Татарстане, регионе "богатом" банками, – только один. Завидный "триллион помощи" говорите?

Вообще с этим «ОФЗ-триллионом» связана еще одна часть впечатлений, правда, не самых приятных. Выяснилось, что региональные банки вряд ли смогут претендовать на нераспределенные 170 млрд рублей, оставшиеся от вышеуказанного «пирога». В программу докапитализации были внесены поправки - в перечень получателей господдержки начали вводить небанковские организации. Кроме того, наряду с обязанностью банков, которые получат ОФЗ, кредитовать не менее чем на 1% в месяц конкретные отрасли экономики, у них появилась дополнительная возможность направить средства и на финансирование субъектов РФ как за счет прямого кредитования, так и за счет приобретения их долговых обязательств.

То есть речь идет уже не только о прямой поддержке приоритетных отраслей реального сектора экономики, но и о процессе латания бюджетных дыр. Косвенно это может простимулировать рост производства и потребления, только вопрос, насколько эффективно?

Получается, такая картина: крупным банкам деньги дадут, их докапитализируют и они обеспечат прирост кредитной задолженности, в том числе и за счет кредитования бюджетного сектора. Но такая жесткая нормируемая постановка вопроса - тупик. Казалось бы, все банки должны развиваться рыночно: брать ресурсы с открытого рынка и направлять их в кредиты. исходя из рыночных соображений, а не выполняя какие-то жесткие 1%-ные нормативы прироста и с ограничениями по составу заемщиков. В переполненном рисками процессе кредитования необходима более гибкая и взвешенная политика, с возможностью отступать от догматических установок. Это должно быть выгодно всем участникам процесса. Сегодня эту проблему никто не решает. На форумах и съездах бизнес «поддерживается», но создаются условия огосударствления рынка, в том числе банковского.

Впечатлений, как видите, много. Есть положительные, есть весьма спорные. Но люди, ведущие бизнес, - активные, «с жилкой». С качеством, которое позволяет успешным в поисках драйва для бизнеса – "читать по губам", правильно трактовать сигналы, которые посылает государство и регулятор. Какими бы эти сигналы не были.

Предприниматель в России – больше чем просто предприниматель, так сложилась наша история. Времена меняются к лучшему и сегодня у нас принято говорить о том, что государство перестает «кошмарить бизнес».

Но если взять близкий для моего банка сектор государственных закупок – до сих пор любой исполнитель государственного контракта находится в зоне повышенного риска. Любое завышение контрактной цены по государственным закупкам, занижение объемов поставок или неисполнение обязательств квалифицируется российскими законами как обычное мошенничество. Независимо от обстоятельств госконтракта правоохранители уже повсеместно отрабатывают даже частичное неисполнение обязательств, как обычное мошенничество и соответственно выбирают меры пресечения. Таким образом условия госконтракта сами по себе становятся оружием устрашения не только материальной ответственностью, но и уголовной. Казалось бы, государство могло бы требовать от исполнителя контракта гарантий его намеренностей и его материальной ответственности. Это уже серьезный инструмент в руках тех, кто не заинтересован в объективном рассмотрении конкурсных заявок. Если кто-то все-таки пробился в поставщики государства за счет низкой цены, ему все равно может угрожать неприемка товара или услуги заказчиком по причине надуманного несоответствия качества, неисполнения сроков.

От умения читать и считать и контракты, и законы «между строк» зависит дальнейшая судьба бизнеса, будь то производство или банк.

Кризис рано или поздно закончится. Я даже верю, что «ужасный 2015-ый» для банка, имеющего хорошую бизнес-модель, может стать годом успешным. Уже стало традицией воодушевлять людей в тяжелые времена, приводя в пример китайское слово «кризис» (危机 - «вэй цзи»), которое представляют, как сочетание двух иероглифов: «опасность» и «возможность». Однако это красивое толкование является ошибочным, потому что китайский иероглиф 机 (цзи) помимо «возможности» имеет и другие значения. Основной смысл «цзи» в китайском языке — это «критическая точка».

74383.jpg

Изначально «вэйцзи» в китайском языке даже не означало «кризис». Когда в третьем веке китайцы стали использовать слово «вэйцзи», оно означало просто опасность — оба иероглифа подчеркивали один смысл.

Но сегодня сочетание «опасности» и «возможности» уже является нашим собственным, независимым от языка и культуры толкованием слова «кризис». Давайте и дальше верить и надеяться, что любые невзгоды и тяготы в будущем обернутся и новыми возможностями. «Тимер Банк» уже выбрал свою нишу – теперь нам предстоит доказать свою состоятельность в ней.

Интересно, а какие возможности для развития своего бизнеса сегодня видите Вы, уважаемые читатели?

Источник: БИЗНЕС ONLINE

Онлайн консультант

Онлайн консультант

Войти в чат

Онлайн консультант

Авторизация...
Отправить